Однодневная поездка по Кенту

Позвонили мои киевские друзья, которые находились в Лондоне в очередной командировке, и обратились с неожиданной просьбой — помочь им выбраться за пределы города и прокатиться по настоящей «английской глубинке». В Великобритании они бывают довольно часто, но из-за недостатка времени, их знакомство со страной ограничивается исключительно столицей.

Мы заранее договорились, что предложенный мной маршрут будет «сюрпризом», никаких конкретных направлений и целей не ставилось. Высказалось одно пожелание – поездка должна запомниться!

Отлично! Что в этом случае может быть лучше Кента? Где за каждым поворотом тебя ожидает многовековая история, необыкновенно живописная местность и удивительно доброжелательная атмосфера английских деревень.

Я подхватила друзей на станции в деревушке Окстед (англ. Oxted), в сорока пяти минутах езды из центрального Лондона, расположенного практически на границе графств Суррей (англ. Surrey) и Кент (англ. Kent), откуда по А25 мы отправились в направлении города Севеноукс (англSevenoaks). Хочу обратить внимание, что оба названия, несмотря на их первую несхожесть, произошли от слова «дуб», наиболее распространенного в этой местности дерева.

Открывшийся пейзаж сразу привлек внимание – симпатичные домики, бесконечные зеленые луга, поля, овцы, лошади. Но наибольшее оживление вызвали женщины-гольфисты. Они бодро вышагивали по полю для гольфа, перекинув через плече сумки с клюшками. При этом погода была серая, дождливая, промозгло-холодная…

Мы сделали небольшую остановку в Вестерхэме (англ. Westerham), старинном городке, население которого насчитывает всего 5 тысяч жителей. По обе стороны центральной улицы и вокруг Рыночной площади расположены ресторанчики, кафе, пабы и магазины. Магазины в основном антикварные и декоративные, как выразилась одна моя знакомая «для сельской местности самые, что ни на есть бесполезные». Как знать…

Westerham 3

Вестерхэм (Westerham), Кент

Невозможно было пройти мимо огромной зеленой лужайки, расположенной в самом центре городка. По-английски они так и называются «Village green», традиционно место для сбора горожан, проведения различных ярмарок и сельских праздников.

Летом в солнечную погоду она притягивает желающих поваляться на траве, выйти с бокалом пива из расположенного поблизости паба, присесть на скамеечку с газетой, или просто понаблюдать за протекающей мимо жизнью английской провинции.

Gr on the Green

Паб «Кузнечик на лужайке» («Grasshopper on the Green»), Вестерхэм

George and the Dragon

Паб «Георг и дракон» («The George and Dragon»), Вестерхэм

Главным и неотъемлемым дополнением площади являются ее «неизменные сторожилы», два памятника, установленные в честь легендарных личностей Британии, а именно — генерала Джеймса Вольфа и сэра Уинстона Черчилля, в свое время проживавших в этой местности,.

Генерал Вольф вошел в историю Великобритании как военный деятель, участник Семилетней войны, одержавший победу над французами в битве при Квебеке, Канада, в 1759 году. К сожалению, во время битвы генерал был смертельно ранен, и умер в тот же день, 13 сентября, будучи в возрасте всего тридцати двух лет.  Дом, где родился герой, расположен в 10 минутах ходьбы от памятника, и носит название «Дом Квебек».

General Wolf

Памятник генералу Вольфу, ВестерхемВестерхэме (Westerham) , Кент

Стройная фигура генерала словно парит над площадью, призывая к свершению великих побед. А на противоположном конце лужайки, статично и очень монументально восседает другой национальнгый герой – сэр Уинстон Черчилль, который всем своим видом передает умудренный опыт и поддерживает веру в нерушимость Великой Британии.

Churchill

Памятник Уинстону Черчиллю, Вестерхэм, Кент

Мои спутники немедленно бросились фотографироваться у подножия памятника Черчиллю. Оказалось, что Игорь, один из членов нашей компании, давний его почитатель.

— Черчилль? А что он здесь делал? И правда здесь жил? Ах, да, Чартуэлл! 10 минут езды отсюда? Это невозможно пропустить!

К большому восхищению Игоря, нам удалось посмотреть усадьбу Черчилля, которая служила ему семейным домом с 1924 года практически до конца жизни, а также художественную студию и знаменитый сад с огородом, который поддерживается в том же состоянии, как и при жизни Черчилля.

Chartwell 1

Дом Черчилля, Чартуэлл (Chartwell), Кент

Куда теперь? Теперь, конечно, к Генриху VIII и Анне Болейн… В замок Хивер (англ. Hever Castle), который в свое время принадлежал родителям Анны, и куда стремился Генрих на свидания со своей будущей второй женой. Расположен всего  в 20-ти минутах от Чартуэлла.

Местные жители любят шутить, что в Кенте призрак Генриха VIII бродит до сих пор. Его можно встретить в лесах и угодьях, которые были местами охоты, в бесчисленных замках, где останавливался Генрих, и которые частенько присваивал, не забыв отрубить головы их бывшим владельцам…

Проехали Эденбридж (англ. Edenbridge), небольшой городок, возникший на пути, проложенном римлянами из Лондона в Льюис. Во времена Римской Британии для построения дорог использовались шлаки железа, которым была богата эта местность. Эденбридж был центром железной промышленности Уилдена (англ. Wealden), местности на юго-востоке Англии.

Свернув на извилистую, узкую, огражденную высокой «живой изгородью» дорогу, ведущую от Эденбриджа к Хиверу, мы как-будто оказались в другом временном измерении. Вот сейчас сделаем еще один поворот и догоним рыцаря, скачущего на лошади, а может быть и самого короля… И только гладкое асфальтовое покрытие возвращало в 21-й век…

Интересно, о чем размышлял Генрих во время своего долгого пути?…

Hever 1

Замок Хивер  (Hever Castle), Кент

Хивер при любой погоде прекрасен! Он относится к тем местам, куда всегда хочется вернуться. И слушать легенды, заполняющие каждый уголок Хивера можно бесконечно. А еще лучше пройтись вокруг живописного озера, и совершить прогулку по уникальному по своей красоте итальянскому саду.  Замок Хивер — отдельная неисчерпаемая тема…

Hever Lake

Вид на озеро, замок Хивер, Кент

Время летело быстро, и покидая замок мы почувствали, что невероятно проголодались.

Паб «Пятнистая собака» (англ. Spotted Dog”), где был заказан столик на пятерых, находится в 20-ти минутах езды от Хивера, поближе к замку Пензхерст (англ. Penshurst). Найти очень просто…, конечно, если знаешь куда двигаться и желательно с навигацией..

— Никогда не слышали про «Пятнистую Собаку»? Не удивительно. И я раньше не слышала. И про паб с настоящей бычьей головой не знаете? И я только недавно узнала. И все благодаря моему «консультанту-проводнику по глубинкам Кента». Это Саймон Дейвис, муж моей русской подруги Ирины, ювелир-крафтсмен, золотых дел мастер, философ от сохи, гуманист, тонкий знаток и любитель местных пабов. Саймон и поделился этой весьма ценной информацией – где можно в Кенте «по-деревенски» вкусно поесть и выпить.

Саймона я упомянула еще и по той простой причине, что он является ярким представителем коренных жителей Кента. А любая местность в отрыве от людей, теряет для меня всякий смысл и интерес.

Именно люди — определяющий фактор того, почему Кент называют «садом Великобритании», почему здесь сохранено такое количество исторических и архитектурных памятников, почему при такой близости многомиллионного Лондона, здесь можно наслаждаться размеренным ритмом загородней жизни, имея высокоразвитую инфраструктуру и без какого-либо ущерба своим потребностям и интересам.

Вначале «Пятнистую Собаку» пришлось поискать… так как я была там впервые, а моя навигационная система отказалась работать среди холмистой местности и высокой изгороди…  Наконец, вот она — «Пятнистая собака»! Слава богу, Саймон не подвел! Паб действительно оказался «настоящим»! Постройка еще 15 века, и вид с терассы открывается — дух захватывает! Весь Кент как на ладони!

Spotted Dog

Паб «Пятнистая собака» («Spotted Dog»), Кент

Наблюдая за барменом, он же оказался и хозяином паба, мои спутники слегка призадумались. Они вдруг начали соображать, что этот паб как открылся еще при родителях Генриха VIII, так и работает до сих пор. И публика приходит сюда в основном местная. Мы там были единственными туристами, которым еще и крупно повезло, так как кухню чуть было не закрыли на обеденный перерыв. Я повара слезно упросила задержаться, люди ведь из Украины сцециально сюда пообедать приехали!

Заказали еду и местное пиво, которое, можно сказать, принесли прямо из пивоварни соседнего Чиддингстоуна. Чиддингстоун всегда считался «зажиточным» городком, и испокон веков славился производством пива и добычей железа. Меню паба тоже соответствавало местным вкусам – еда основательная, простая и сытная.

Выпив замечательного чиддингстоуновского пива, мужчины явно оценили местную обстановку. Начали воображать, как после работы они бы  договаривались о встрече на кружку пива.

— А давай-ка, Игорек, встретимся в «Пятнистой Собаке» после работы!

— С удовольствием! Только навигацию не забудь включить!

Друзья, наверное, ожидали, что наша загородняя программа выполнена, и мы направимся в сторону  ближайшей электрички… Но напоследок их ожидал совершенно непредвиденный сюрприз…

— А теперь нам просто необходимо отправиться в Тудли! Тут всего-то минут 20 езды.

— Тудли? А что там в Тудли? Что это еще за тудли-дудли? (как часто я слышала это словосочетание…)

— Интересовались английской глубинкой? Вот и наслаждайтесь ею в полной мере!  А о Тудли пока ничего не буду рассказывать…

В свое время деревня Тудли, которая насчитывает менее тысячи жителей, стала для меня невероятным открытием.

Дело в том, что здесь находится  ничем не примечательная снаружи церквушка Всех Святых (англ. All Saintschurch), которая появилась в Тудли еще до нормандского завоевания. Остатки оригинальной постройки 7-го века можно увидеть у основания и на башне. Но на самом деле церковь эта уникальна и всемирноизвестна, так как она является единственной в мире церковью, где все 12 окон являются витражами, изготовленными Марком Шагалом.

All Saints

Церковь Всех Святых (All Saints’ church), Тудли, Кент

Что подтолкнуло великого художника после его росписи окон для Синагоги медицинского центра Хассада (Иерусалим), вдруг обратиться в британскую глубинку? И почему выбор пал именно на церквушку в деревне Тудли, которая находится, как говорят англичане, «in the middle of nowhere”?

А предшествовала этому очень грустная семейная история…

В сентябре 1963 года во время трагического морского инциндента погибла молодая девушка, старшая дочь сэра Генри и леди д’Авигдор Голдсмит, Сара. Семья проживала в имении Сомерхилл, неподалеку от деревни Тудли.

Скорбящие родители обратились с просьбой к Марку Шагалу изготовить витраж для восточного окна в церкви Всех Святых, которая в то время находилась в состоянии реставрации. Родители знали, что это лучший способ увековечить память о безвременно ушедшей дочери. За год до трагического случая, во время  поездки в Париж леди д’Авигдор Голдсмит и Сара посетили Лувр. Там они и попали на выставку, где представлялся проект Марка Шагала – а именно витражи, созданные для синагоги Медицинского центра Хадасс в Иерусалиме. Сара пришла в восторг при виде необыкновенной работы Шагала и впоследствии неоднократно о ней с восхищением упоминала.

Витражи Синагоги Хадасса для Марка Шагала стали первым проектом такого рода. В то время мастер был уже в довольно пожилом возрасте, ему было за 70. Но художник одержимо осваивал новую для себя технику росписи по стеклу и творил по-настоящему сияющие картины! После нанесения цветного сегмента, холодное прозрачное стекло приобретало новую жизнь.

Автором уникальной технологии был первый ассистент Марка Шагала, Шарль Марк. Не правда ли, необычный тандем получился? Соедините фамилии обоих мастеров и вы получите новое имя автора проекта — Марк-Шагал.

Шагал лично присутствовал в Тудли при установлении готового витража в восточном окне. В отличие от синагоги Хадасса, освещаемой искусственным светом, помещения церквушки Всех Святых имеют идеальное естественное освещение. Шагал пришел в восторг от необыкнованного эффекта — вставленный витраж менялся в зависимости от времени суток.

За последующие 15 лет в сотрудничестве с Шарлем Марком Шагал сделал еще 11 витражей для церкви Всех Святых. Сюжеты этих окон не только связаны с  недолгой жизнью Сары, но и непосредственно следуют библейской теме.

Но вот, мы, наконец и у цели… Друзья не совсем понимают, зачем именно я притащила их в эту глухомань. Подходим к двери церквушки, из-за которой слышится странный жужжащий звук.

Церковь открыта всегда, без праздников и выходных, я поворачиваю ручку и мы заходим внутрь. Там какая-то  тетенька в черном переднике усердно пылесосит коврики…

— Are you closed? (Закрыто?) спрашиваю я.

— No, no! You are welcome! Have you been here before? (Нет, нет! Заходите пожалуйста! А вы тут раньше были?)

Не дожидаясь ответа, тетенька бросается к нам, и посвящает нас в удивительный мир витражей Марка Шагала, с их предысторией, созданием, необыкновенными эффектами игры цвета и света, и их религиозной тематикой.

Даже в сумрачную погоду от окон церквушки исходило неимоверно теплое излучение. Мои друзья как зачарованные слушали оживленный рассказ, с большим удивлением оглядываясь по сторонам, а их выражения лиц бесспорно говорят:

-Ну и ну! Мы не знаем, где мы, и как мы сюда попали… но перед нами и правда «Шагал в окнах»!

И при этом какая-то английская уборщица, будучи по совместительству экскурсоводом, то ли экскурсоводом-любителем, подрабатывающая уборщицей, забыв о пылесосе, с огромным удовольствием, можно сказать с упоением, рассказывает о еврейско-русско-французском художнике, тянет всех от окна к окну, указывая на мельчайшие детали и раскрывая нам их истинный смысл.

Большинство окон имеют окраску холодного синего цвета, а два окна расположенные на южной стороне и выполненные в желтых тонах, как бы меняют свое настроение и радостно излучают солнечный цвет…

tudeley-chagall 011
tudeley-chagall 014
tudeley-chagall 021

P1020143
Тут уж все мы бросились выискивать, спрятавшихся в витражах, ангелов, осликов, птичек, лошадок, летающих парочек и скрипачей, все известные символические атрибуты, неизменно присутствующие на  картинах Шагала.

Для себя я вдруг открыла «нового Шагала», художника с огромным чувством юмора и любовью к жизни. Вот как тетенька с пылесосом на меня подействовала!

Оказывается, в центральном окне Иисус в желтой тунике — изображен умиротворенно-доброжелательным, а не изможденным страдальцем; и Адам с Евой, получают «предупреждение крылом» от дружественного ангела в соседнем окошке, вдруг заподозрившего что-то неладное. И два портрета самого Шагала… Два – потому, что один его портрет оказывается «раскритиковали» его же друзья — нос изобразил слишком маленьким…, так рядом он исправил свою ошибку…

Необыкновенный экскурсовод пригласила нас в заднюю каморку церквушки, включила специальное освещение и предоставила удовольствие полюбоваться 4-мя витражами елизаветинских времен, которые  были сюда перенесены из оригинальных окон.

Игорь не выдержал и задал вопрос, который по видимому крутился у него уже не первую минуту

– И что? Эти окна никто не пытался прикарманить? И почему все это не охраняется?

Тетенька добродушно заулыбалась

— А зачем же их охранять? Люди приходят сюда на службу или просто полюбоваться… Ведь красиво! Да и если кто подумает украсть, как же их из Англии вывезешь? Шагал ведь так узнаваем.

— Ха, есть способы! Пошутил Игорь.

Может я совершила ошибку и вижу шагаловские витражи в последний раз? Шутка, конечно …

Жаль, я не сообразила попросить визитку у экскурсовода-уборщицы. Не удивилась бы, если бы она оказалась еще и местным проповедником по совместительству!

Впечатлений у нас было более чем достаточно, и мы отправились в сторону ближайшей железнодорожной станции. Петляя уже в темноте по узенькой извилистой дороге мы еще раз убедились в правдивости информации Саймона — пабы в Кенте действительно «на каждом шагу»!

Решили сделать небольшую остановку у симпатичного маленького паба, чтобы слегка переварить полученные впечатления и еще раз попробовать местного пива. Обстановка там оказалась «покруче» чем в «Пятнистой Собаке»! Тут точно Генрих VIII останавливался во время охоты. Головы всем сразу пришлось пригнуть под навесными бревнами, сели за столик у камина… У барной стойки основательно расположились человек восемь местных работяг; видно, работу в 17:00 закончили — и сразу в паб за новостями и просто поболтать о жизни. Может, часов в одиннадцать разойдутся.

— How old is your pub? (Какого возраста ваш паб?) Поинтересовалась я у местного паренька, в залитых краской штанах (не потому, что он маляр — просто мода такая, наверное, принадлежность к определенной «гильдии»)

— Oh! It is very old! Seventeen… eighty three! (Ой, очень старый! Тысяча семьсот… восемьдесят третий) Не моргнув, ответил паренек, взял сигареты, улыбнулся и удалился покурить. Я поняла, что местная молодежь не очень интересуется исторической хронологией. Но какая разница? В конце концов, и 15-й, и 18-й век  для них действительно – very old!

Игорь вдруг очень громко начал высказывать мысли вслух

– Фантастика какая-то! Тут тебе Черчилль, а тут тебе Шагал и тетка с пылесосом! И паб 15-го века… где сидят конкретные английские парни после работы! И я тут же… Расскажу на работе — не поверят!!!

Я подумала: жаль, что никто не услышит про Генриха VIII с Анной. Да, вот такая английская глубинка, все сразу не запомнить.

On the road

 По дороге, Кент